С Австрией у нас больше общего, чем с Россией. Наше немецкое родство, исторические воспоминания, немецкий язык, интерес венгров к нам — все это способствует тому, что союз с Австрией в Германии популярнее и, возможно, устойчивее союза с Россией.
Прусский чиновник похож на музыканта в оркестре: за каким бы инструментом он ни сидел — за первой скрипкой, или за треугольником — он должен, не охватывая взглядом все в целом и не пытаясь влиять на него, исполнять свою часть как положено.
Пруссия получит полную свободу для выполнения своей миссии в Германии только в том случае, если перестанет придавать большое значение симпатиям правительств малых государств.